Проклятие вещей и проклятые места

 

 

 

Группа сайтов
Мир черной магии
Мир чёрной магии
Мир денежной магии
Мир любовной магии
Форум

   
 

 

Николай Непомнящий
Проклятие вещей и проклятые места

Священными предметами шаманов считались также тесла, которые обнаружили в захоронениях. Когда шаман камлал, он клал рядом тесло или топор и тем самым отгонял от себя злого духа.
Рядом с каменной кладкой в стенке раскопа виднелись мощные деревянные брусья.
– Там, где мы стоим, – объяснил мне Виктор Леонтьев, – находилась изба, построенная' около станет назад. Этого дома уже нет, но от него остался засыпанный землей подвал, сруб которого мы обнаружили. Когда хозяин дома копал под него яму, его лопата чудом не угодила в могилу шамана. Возможно, он даже наткнулся на каменную кладку и стал копать поодаль, где земля была рыхлой. Этот хозяин так и не догадался, что живет аккурат прямо в центре шаманского могильника. А в древности от таких мест предпочитали уносить ноги. По поверью, встреча с духом шамана не сулила ничего доброго.
Тем временем бронзовый круг с бронзовым рогатым человечком вернулся в руки Дроздова.
– Стою и думаю, – задумчиво произнес он, может, в этом круге модель Вселенной? Круг означает жизнь во всех религиях мира. У шаманов эту роль обычно выполнял бубен. Но каково назначение бронзового символа? Костяк, кстати, положен головой по течению реки. По поверьям многих сибирских и восточных народов, именно по воде уплывали души мертвых…
– Надо искать ответ, – заметил Кузнецов. – С подобной проблематикой я часто сталкиваюсь в своем Дальневосточном регионе. Мы знаем, как вели хозяйство древние люди, а вот духовная жизнь их пока не понята…
Итак, многое мне прояснилось. В эпоху железного века на мысе в устье Ковы никто не жил. Следов жизнедеятельности человека археологи здесь не обнаружили. Должно быть, долгое время площадка под горой'Седло служила ритуальным местом для обитателей обширного Приангарского региона. Местом, куда могли прийти только шаманы. Здесь их и погребали – либо сжигая их бренные тела, либо закладывая камнями вместе с принадлежащими им знаками духовной власти Над соплеменниками. Охотники и пастухи того времени обходили мыс стороной – здесь обитали духи.
Да, место это выбрано шаманами не случайно. Широкий разлив Ангары, самая высокая в окрестностях гора и… возможно, «чертово кладбище», путь к которому пролегал вверх по Кове. И еще путь к лежащему где-то там, в тайге, таинственному озеру, которое, как говорят, обладает едва ли не целебными свойствами. Шаманы, конечно, знали о нем и, может, незаметно для окружающих черпали там силу и здоровье, удивлявшие соплеменников, заставлявшие относиться к ним как к божествам.
Вот все и соединилось. Мертвый шаман в устье Ковы связал в своем посредничестве между людьми и духами два мира – реальный и суровый с неведомым потусторонним.

Ковинский метеорит?
– В почти полной темноте мы сидели у догорающего костра над рекой, и я рассказывал любопытным археологам обо всем, что удалось узнать о «чертовом кладбище» и тунгусском метеорите, – говорит А. Тарунов. – Среди слушавших были и геологи, которые то и дело обменивались между собой короткими замечаниями.
Первым заговорил Виталий Петрович Чеха, кандидат геолого-минералогических наук, обходивший все окрестности с рюкзаком за плечами.
– Могла ли образоваться в тайге «горелая поляна», нечто вроде большой сковородки? – начал он, ни к кому не обращаясь. – Могла. В случае подземного пожара.
Я вспомнил, что говорил очевидец: выжженная поляна, а свисающие ветви опалены! Значит, эффект «горелой поляны» возник незадолго до прихода наблюдателей, если ветки дерева сначала выросли, а потом уже засохли.
– Подземный пожар в тайге вполне возможен, продолжал Чеха. – Только горел здесь, скорее всего, каменный уголь. На геологической карте района отмечены его выходы на поверхность. И вообще на Тунгусском плато обнаружили несметные топливные богатства, которые пока не разрабатываются.
– Вы совершенно не верите в то, что это след тунгусского метеорита? Или «чертово кладбище»? Я уж не говорю о месте посадки инопланетного корабля.
Виталий Петрович пожал плечами:
– Не берусь категорично утверждать, но все эти догадки не имеют, на мой взгляд, серьезных оснований. А вот геологическое происхождение описанного явления весьма возможно. Ведь когда жара убавилась и.пошли дожди, пожар угас сам по себе, а по весне поляна заросла травой. И теперь «чертово кладбище», как ни ищи, не найти. Это место теперь не отличить от обычного ландшафта. В любом случае, – продолжал геолог, – набрести на «горелую поляну» в тайге можно только случайно. А судя по всему, в течение нескольких лет, а может, и более длительного срока в тех местах никто из людей не появлялся…
– Значит, «чертово кладбище» исчезло? – допытывался я.
– Это мое мнение. Не исключено. Потепление угольных пластов наступает периодически, и там, где этот процесс происходит, могут образоваться новые выгоревшие пятна, но только не «чертовы кладбища». Однако для этого необходимо стечение, так сказать, обстоятельств, что случается не часто.
– Вроде засушливого лета, как нынче? Не потому ли прошлогодняя экспедиция, осмотревшая с вертолета разные участки здешней тайги, ничего похожего не отметила? Ведь тогда, по сообщениям очевидцев, шли бесконечные дожди.
– Вы подтверждаете геологическое объяснение необычного явления. А метеоритная версия, как и любая другая космическая, больше похожа на выдумки.
– Но ведь пишут, – не сдавался я под напором логики, – что в районе «кладбища» с людьми происходят странные вещи. Говорят, начинаются головные боли, постепенно одолевает чувство страха…
– Горение угля может сопровождаться выделением газа и других соединений, – доконал меня Виталий Петрович. – Если, например, улечься у такого места, можно запросто получить отравление от вдыхания углеводородных паров, как бы «угореть», а уж самочувствие у тех, кто находится в зоне большого подземного пожара, наверняка будет неважное, и страх, естественный для разумного существа, перед возможной гибелью, безусловно, присутствует.
– Но в ваших рассуждениях нет ничего загадочного. Кто поверит такому объяснению?
– Ничего загадочного? Я бы так не сказал. Земля наша изучена не больше, чем космос. Человечество лишь прикоснулось к тайнам недр планеты. Многие геологические явления еще недостаточно поняты наукой, имеется много заблуждений. Все, что происходит под мантией земли, абсолютно непознано. Слыхали вы что-нибудь об интрузиях?
Чеха терпеливо объяснил, что интрузией называют магматическое вещество, застывающее в жерлах вулканов. И вулканы, заметил он, – это не только самые заметные прорывы магмы на земную поверхность. Большая часть ее, что хорошо известно геологам, не изливается в виде извержений, а медленно поступает на поверхность через трещины в земной коре, но чаще, не доходя до поверхности, застывает в них, образуя пробки. Вертикальные трещины, заполненные застывшей магмой, называют «дайками», горизонтальные, между пластами, – «лакколитами». Застывая в лакколитах, магма выгибает поверхность, образуя холмы и возвышенности, наподобие куполов. На поверхности мы можем и не подозревать о причинах возникновения подобного ландшафта.
– Тунгусское плато, как пишут во всех книгах, считается районом интенсивной магматической деятельности, – заметил кто-то из сидевших у костра.
– Верно сказано, – воодушевился Чеха. – В прошлом, когда земная кора только формировалась, расплавленные интрузии прорывались наверх с попутными газами, которые взрывались на открытом воздухе и быстро сгорали, наподобие факела, а плотные породы засоряли трещины в недрах. На поверхности от таких взрывов оставались концентричные бугры и трещины разных размеров, в зависимости от мощности потока магмы. Эти следы есть и на современных геологических картах, но с земли распознать их может только очень опытный геолог.
– А в наши дни невозможно представить извержения подобной вулканической трубки? – поинтересовался я. – Или прорыва какого-нибудь лакколита или дайки? Бывали где-нибудь в мире такие случаи, чтобы лава текла не из кратера, а из трещины на пологой поверхности земли?
– Нет, это невозможно. Но выделение газов из породы – явление обычное. Ночью эти газы даже светиться могут. Например, на болотах. Так называемые «ведьмины огни» хорошо известны жителям тайги и тундры.
Чеха посоветовал мне обратиться в геологические предприятия Красноярска или Иркутска, где могли бы проанализировать и дать прогноз геологических процессов в районе реки Ковы. Быть может, тогда феномен «горелой поляны» получит окончательное объяснение.
Забираясь в палатку, я готов был полностью согласиться с геологом. В этом районе Приангарья действительно пролегают мощные разломы земной коры. Наглядный пример тому – скалистый обрыв у Аплинских шиверов и сами шивера (перекаты) вздыбленное скалистое дно, где суда ходят с большой опаской. Все это вместе с горой Седло – как бы поднятый неведомой силой гигантский пласт твердой поверхности земли. Все эти пологие возвышенности вокруг, живописные обрывы на Ангаре результат бурного формирования Центрально-тунгусского плато, куда, если верить сенсации, упал в 1908 году загадочный пришелец из космоса, случайный скиталец или потерпевший бедствие корабль.
Очень может быть, что особенностями строения земной коры и объясняются многие загадочные явления района. Почему-то с этой точки зрения мало кто пытался проанализировать знаменитую тунгусскую катастрофу. Исследователи сразу ухватились за самые поражающие воображение неземные гипотезы. А как же иначе объяснить страшной силы взрыв 1908 года, поваливший на сотни километров вокруг девственную тайгу? Но если взглянуть на происшествие трезво, думал я, все можно объяснить проще, и никаких чудес, увы, не станет.

Бил ли тунгусский метеорит?
Что такое тунгусская катастрофа, смешно и спрашивать. Все о ней наслышаны. А вот мало кто знает высказанную новосибирским геологом Расстегиным неожиданную версию происшедшего. Гипотеза Расстегина не получила дальнейшего развития, никто не занялся поиском доказательств. А ведь могла состояться подлинная сенсация.
Геолог обратил внимание на то, что катастрофа произошла не где-нибудь, а в районе интенсивной магматической деятельности земли, на Тунгусском плато, где отмечены крупные залежи углеводородов. Споры о том, был ли взрыв на земле или на подлете к ней, теряют всякий смысл, а гипотеза об инопланетном корабле выглядит совсем детским лепетом, если учесть возможное землетрясение в этом районе, которое обусловлено интрузивным извержением и проникновением в атмосферу огромной массы подземного газа. Не падение космического тела, а выброс газа из жерла подземного вулкана мог, по мнению новосибирского ученого, вызвать многократно описанную впоследствии тунгусскую катастрофу. Как видно, споры о том, был ли взрыв на земле ударом метеорита или катастрофой инопланетного корабля, отвлекли от более прозаического объяснения – землетрясения или извержения газов. 30 июня 1908 года были отмечены колебания самописцев в Ташкенте, Киренске, Енисейске, Дудинке, Красноярске и даже в Китае и Японии. Слабые колебания, как утверждают, зафиксированы были и в Австралии. И тут… Сейсмографы самой близкой от места происшествия Иркутской обсерватории показали всплеск колебаний в 7 часов 46 минут, почти через полчаса после взрыва! Как же это объяснить?
Обломки корабля, что ли, падали в тайгу? Да нет же, утверждает Расстегин. Это были повторные толчки землетрясения. Ведь плато – те же сглаженные горы, поросшие лесом. И здесь вполне может происходить то, что, по нашим представлениям, происходит только в более южных районах, где есть в привычном понимании горные вершины. Оказывается, землетрясения возможны и куда севернее. И извержения тоже, но чаще извержения газов и пара из невидимых в скалистых пластах трещин, когда подогретые подземные воды внезапно превращаются в пар и вызывают спорадические взрывы. Но кто их слышит, если на многие километры вокруг ни одного человека?
Вот 30 июня 1908 года и случилось землетрясение! Его эпицентр совпал с залежью углеводородов, и панцирь литосферы, пробуравленный интрузиями, раскололся на блоки. По трещинам устремился мощный поток газов, которые взорвались при соединении с воздухом.
«Вдруг очень сильно ударил гром. Это был первый удар. Земля стала дергаться и качаться, сильный ветер ударил в наш чум и повалил его» – этот рассказ эвенка Чучанчи обошел в свое время все газеты. Сторонники версии о падении метеорита обычно приводят его рассказ в подтверждение своей правоты. Но ведь это соответствует последствиям землетрясения, сопровождающегося выбросом газов. Вот о чем мало кто думал, внимая рассказу потрясенного охотника. «Тут я увидел страшное диво, – продолжал Чучанча, – лесины падают, хвоя на них горит. Жарко. Очень жарко – сгореть можно. Вдруг над горой, где уже упал лес, стало сильно светло, будто второе солнце появилось».
Первым, кто объяснил взрыв в тайге падением метеорита, был не ученый, а уездный исправник из Кежмы. Он писал в докладе в губернский город Енисейск: «Над селом Кежемским с юга по направлению к северу пролетел громадных размеров аэролит, который произвел ряд звуков, подобных выстрелам из орудий, затем исчез».
Для чего и каким образом аэролит производил выстрелы по Кежме? Фантасмагория по Уэллсу, да и только! А если допустить, что на самом деле все было наоборот? Явление происходило настолько быстротечно, что напуганные очевидцы не сумели правильно осознать причины и следствия?
Давайте представим себе картину катастрофического землетрясения. Итак, выброс газа, взрыв при выходе их на поверхность, превышающий силу взрыва сброшенной на Хиросиму атомной бомбы. Возник огненный смерч, свидетелем которого стал находившийся километрах в сорока от эпицентра взрыва эвенк Чучанча… Такая картина позволяет объяснить, почему очевидцы по-разному описывали форму огненного тела. При взрыве оно выглядело шаром – второе солнце, а при смерче – веретеном. Все произошло за считанные минуты, л люди видели картину, находясь на различном расстоянии и в разбросанных точках. Становится также ясным, почему остался участок леса с неповаленными деревьями: в центре смерча образовалась область низкого давления, и там тайга устояла.
А как же трасса падения «метеорита»? Это тоже имеет свое объяснение. По трассе движения огненного смерча есть разлом в земной коре. Он виден на полученном из космоса снимке. Выброс газа мог происходить на всем протяжении разлома, где и падали, валились в стороны деревья…
Подобные выбросы газа не редкость. Незадолго до тунгусской катастрофы, в 1902 году, произошел страшный взрыв и выброс газа на острове Мартиника в Карибском море. Правда, выброс здесь шел не по трещинам, а из кратера вулкана. Но последствия схожи с тунгусской катастрофой. 8 мая вулкан Мон-Пеле взорвался, и палящая туча устремилась к югу на город Сен-Пьер с 28 тысячами жителей. Горячее облако пронеслось смерчем над городом, и за одну минуту погибли все его жители. Остался в живых лишь узник, находившийся в подземной тюрьме, тогда как вся округа и даже стоявшие в гавани корабли были сожжены. Несомненно, последствия тунгусской катастрофы не могут идти ни в какое сравнение с катастрофой на Мартинике. Никто, по всей видимости, из находившихся в тайге людей (а их были единицы в бескрайнем «зеленом море») не попал в зону огня. Гибли звери – это наверняка. И следовало бы понять, что «стрелял из пушек» не аэролит, а гремел газ при соединении с холодным воздухом. Газ превратился в огненный смерч, который как бы устремился с севера на юг, как дул ветер.
Таково земное объяснение тунгусской катастрофы. Можно вообразить что угодно, но нельзя отбрасывать подкрепленное геологическими подтверждениями объяснение.
Наверное, фантастам оно не придется по душе. То, чему посвятил писатель Казанцев интересные книги, далеко от истины, как мне думается. Трудно поверить в его версию о пришельцах, потерпевших катастрофу. Например, запомнилась фраза из статьи журналиста Борзена, бравшего интервью у писателя. Подробно изложив рассказ Казанцева о взорвавшемся космическом корабле, он скептически заметил, что можно и надо найти земные объяснения тому, что произошло 80 лет назад. Как говорил писатель Алексей Толстой, фантастике нужно верить. Но еще больше доверия необходимо гипотезам, которые не так уж далеки от реальности. Возможно, следует уточнить некоторые детали катастрофы 1908 года, четче проследить ее ход, чтобы надежней подтвердить смелую гипотезу Расстегина…
Вот мы и подошли к тому, что называется «чертовым кладбищем». И в явлении, и в окружившем его мифе, и в повальном увлечении поиском отгадки можно провести параллель между тунгусской катастрофой и «чертовым кладбищем» близ Ковы. Вопервых, самого объекта и там, и здесь так и не обнаружено. Если согласиться с тем, что в 1908 году произошло землетрясение, надо смириться и с тем, что тунгусский метеорит, который ищут и не могут до сих пор найти в районе Ванавары, не найти никогда. Потому что его просто не было. Бессмысленно искать метеорит, наверное, и в районе Ковы, во что верили неистовый следопыт Симонов и его друзья из Ташкента. Несмотря на всю заманчивость мысли соединить «горелую поляну» и след падения метеорита, якобы отброшенного взрывной волной от эпицентра взрыва, гипотеза эта не находит своего подтверждения.
У нас нет оснований не доверять сообщениям о том, что «горелая поляна» была. Но явление это, как мне представляется, сугубо земное. Это мог быть пожар, выброс газа, сопровождающийся не только выделением тепла, наконец, я могу допустить ожившую на какое-то время интрузивную трубку. Ведь видели же охотники, да и участники поисковой экспедиции глубокие провалы в земле, но не смогли объяснить себе их происхождение. А это разломы земли, по которым и устремляется на поверхность углеводород. И совсем необязательно ждать от них радиоактивного излучения или магнитных колебаний. Одинокий охотник или случайно забредший пастух могли стать свидетелями естественной жизни природы и принять обычное за чудеса, за чертовщину. Но прошло время, и огонь утих, и горелого места как небывало. Однако через много лет, в засушливое лето, такое вполне может повториться, когда «чертово кладбище» вновь обнаружит себя.

Чудо-озеро
– Лишь поднялось солнце, я встал и пошел умываться холодной водой из Ангары, – приближается А. Тарунов к финалу своего рассказа. – Навязчивая идея, пришедшая ночью у костра, неотступно преследовала меня. Зайдя по колено в воду, я обернулся к горе Седло, вспомнил найденный вчера бронзовый круг с человечком и белозубый череп шамана и перестал сомневаться в том, что все в этом краю взаимосвязано. И ненайденное «чертово кладбище», и злые духи, и наскальные росписи, и неведомое таежное озеро, лежащее в трех днях пути вверх по Кове. Все это одна цепь. Шаманы учитывали это, облюбовав для святилища это место. Оно само казалось заколдованным в первых лучах солнца на фоне кудрявых склонов.
И главное в этой цепи – целебное озеро, путь к которому преграждали шаманское кладбище и ходившие вокруг него легенды. Не в нем ли черпали силы для общения с духами древние обитатели этих берегов? А когда наступал черед, они хотели быть похороненными здесь, в этих молчаливых холмах, на берегу величавой реки, уносившей, по поверью, их души…
Слухи о целебных свойствах Дешембинского озера, подумалось тогда мне, наверняка имеют под собой основания. О том, что купание в нем помогает излечиться от некоторых болезней, – несомненный факт, в чем убедил меня кежемский журналист Борис Васильевич Шахов. Он это объяснял химическим составом воды, что было установлено побывавшей здесь экспедицией гидрологов из Омска. Вероятно, необычайно насыщенный солями состав воды образовался также из-за неснижающейся геологической деятельности этого загадочного района. Ведь чаще всего ценят и говорят только об одном из богатств этого неприветливого края – лесе. А недра Приангарья пока на замке, а там уголь, марганец, золото…
Вдали над рекой послышался рокот мотора, потом в небе показалась черная точка, которая увеличивалась с каждой минутой. Над нами пролетел зеленый армейский вертолет. У Аплинских шиверов он развернулся и, снижаясь, стал подлетать к горе Седло. Потом он завис почти над рядом оранжевых палаток, а потом мягко ткнулся колесами в траву. Выбросили трап, и по нему сошел на поляну подтянутый седовласый генерал.
Появление высокого чина в безлюдной тайге могло огорошить иностранцев, но они, к счастью, еще на рассвете уехали на «Заре» вместе с Дроздовым смотреть писаницы по берегам Ангары. Как обычно, на правах старшего в Усть-Кове остался Леонтьев, который и направился к генералу. Оказалось, искали меня: начальник Кежмалеса генерал Ракитский, которому Шахов звонил вчера из зоны, знал все о моих перемещениях по Ангаре и решил забрать меня из Усть-Ковы по дороге… к загадочному Дешембинскому озеру, где работала одна из бригад лесозаготовителей.
Это был единственный мой шанс достигнуть далекого таежного озера, где не бывал еще ни один археолог, работавший в Усть-Кове много сезонов подряд.
– Ну как, возьмем всех? – обратился генерал к пилоту, обозрев группу загорелых ребят и девушек, среди которых я успел стать своим человеком. Пилот согласно кивнул, и молодежь радостно оккупировала трюм и приникла к иллюминаторам. Последним прибежал Виктор Леонтьев. Вооружившись фотоаппаратом, он непременно хотел сфотографировать сверху свои раскопы. До сих пор такрй возможности у археологов не было.
– Сначала залетим в Недокуру, старинное ангарское село, – сказал генерал. – Я должен взять с собой на озеро инженера.
Через полчаса мы подлетели к одиноко стоящей на берегу Ангары деревне и приземлились на околице. Генерал вышел навстречу к подбегавшему с докладом майору, а я тем временем поздоровался с пожилым мужчиной, оказавшимся главным инженером местного леспромхоза. Я поинтересовался, не заметил ли тот, часто бывая на Дешембинском озере, чего-либо необычного.
– Замечал, – признался он по секрету. – Зимой, например, озеро светилось. Не знаете почему?
– А что еще вас удивило?
– Ну, как-то я порезал палец и довольно сильно задел, распутывая рыболовную сеть. Но пока возился в воде со снастями, не заметил, как рана затянулась. Через полчаса едва был виден маленький шрамик.
Я невольно посмотрел на свой незаживающий порез на большом пальце левой руки. Этот факт я смогу проверить, мелькнуло в голове.
– И вот еще что, – оглянувшись вокруг, доверительно добавил инженер. – Об этом рассказывать, право, неловко.
– Говорите, чего там…
– Да вот после купания в озере замечаю в себе такое… В общем, сил ощутимо прибавляется. Чувствую себя молодым, и все тут. Первая в этом убедилась жена. Теперь у нее появились основания меня ревновать. С тех пор я не раз давал повод для этого. А что делать: достаточно окунуться в озеро…
Я усмехнулся. И такое, оказывается, бывает.
– Инопланетяне? – подумал я вслух. – Или живая вода из сказки?
Пожилой инженер недоуменно посмотрел на меня.
Но пора было забираться в вертолет. Генерал, отпустив майора, возвращался назад.
Мы взлетели над Недокурой, и снова под нами засеребрилась Ангара с плывущими по ней вереницами желтоватых плотов.
Летели не меньше часа. Не отрываясь от иллюминатора, я позабыл про время, как и все, кто сидел рядом. И вдруг мы увидели воду. Наполненное доверху блюдце, окаймленное глухой непроходимой тайгой. Да, сюда многие, очевидно, мечтают прорваться, думал я, заслышав про целебные свойства здешней воды. Говорил мне генерал – лесовики стали торить к озеру дорогу тракторами, чтобы потом машинами вывозить отсюда целебную грязь. Но когда придет сюда первая машина – это конец озеру. Да вроде это дело удалось пресечь. Кому действительно нужно, доберутся сюда и пешком.
Пилот посадил машину на маленький бетонный пятачок среди вековой чащи.
Генерал повел нас по едва заметной тропе, обходя по неприметным кочкам заболоченные места. Мошка моментально облепила мое лицо и руки. Минут через десять деревья расступились, и блеснула вода. Как завороженные глядели мы на ровную белую гладь, которая казалась молочной.
Ребята из Усть-Ковы побросали в кусты майки и бросились к воде. Броска, впрочем, не получилось. Первый же шаг в воду – и ноги завязли по колено. Так мы и шли, постепенно заходя все глубже и глубже.
– Смелее, смелее, – подбадривал генерал, усевшись в брошенную на берегу плоскодонку.
Я оказался последним в Дешембинском озере. Точнее сказать, в грязи, так как вода только сантиметров на двадцать – тридцать скрывала вязкое дно. Под ногами никакой тверди не ощущалось, и казалось, вот-вот засосет всего. Я провалился в ил почти по горло, едва не захлебнувшись грязью, и решил все же, что лучше барахтаться на поверхности, а не идти. Я плыл медленно, раздвигая грудью холодный ил.
Из воды вылезали с большим трудом, хватаясь за прибрежный кустарник. Отмыть от грязи тело было просто негде. И мы, не одеваясь и подставляя себя прожорливой мошке, затрусили назад к вертолету. Надо было торопиться, особенно мне. Генерал обещал доставить меня вертолетом на аэродром Кодинска, откуда через два часа отправлялся последний сегодня самолет на Красноярск.
Всю обратную дорогу археологи молчали. Туда летели – царило веселье, ждали встречи с чем-то необычным, а обратно – все притихли, каждый думал, наверное, о своем.
…Вскоре в иллюминаторе показались оранжевые палатки Усть-Ковы. Не останавливая винтов, мы высадили молодых археологов и вновь взмыли над бесконечной Ангарой. Видны плоты, буксиры. Вот вертолет уходит влево, и мы снова над тайгой. Наконец-то под нами бетонная полоса кодинского аэродрома.
– Куда мы прилетели? – нелепо озираясь, спрашивает меня человек с рюкзаком, подсевший на озере.
– А куда надо? – щурясь, спрашивает генерал Ракитский.
– В Кежму.
– Значит, впервые в этих местах. Отсюда в Кежму летают самолеты, всего час – и там.
Оказалось, что человек в энцефалитке, которого я принял за геолога, не был знаком никому из экипажа. Увидев, что у озера садится военный вертолет, он побросал в рюкзак вещи, вышел на поляну и попросил вывезти его из тайги.
– Вообще-то я из Салехарда, – сказал он. – Работаю буровиком в Гыданской экспедиции.
Я присвистнул – далековато забрался с берегов Оби!
– Услышал о целебном озере и решил отыскать его, – оправдывался незнакомец. – У меня псориаз – болезнь неизлечимая…
– И помогло озеро? – с интересом перебиваю его.
Буровик засучил рукав:
– Смотрите, десять дней назад кожу на этой руке покрывала чешуя. Теперь едва заметные рубцы. Не верите?
Как выяснилось, Петр Степанович Новиков так звали путешественника – жил в тайге без продуктов и даже не имел палатки. Но, по его словам, он на шишках кедровых, если надо, целый месяц проживет. Отправляясь к озеру, на свои силы только и рассчитывал. Намеревался в одиночку подниматься вверх по Кове, но быстро выяснил, что места эти не такие уж безлюдные. На озеро его забросили вертолетом нефтяники из Ванавары. А назад он уже было собрался сплавляться по Кове до устья, но тут нежданно-негаданно прилетел наш вертолет.
Я попрощался с военными, когда выяснилось, что самолет на Красноярск уже на полосе, ждут только меня. Я бросился в калитку рядом со зданием аэропорта.
Уселся в кресло и, только потянувшись к ремням, обратил внимание на соседа. Рядом сидел попутчик с озера.
– Вы же собирались в Кежму? – удивился я. А мы летим в Красноярск.
– Вот здорово! – обрадовался он. – Мне туда и надо. Отпуск кончается, пора возвращаться на Гыданский. Последний билет мне продали в кассе, но я не спросил куда!
Мы посмеялись.
– Приедете сюда еще?
Он кивнул, да и стоило ли спрашивать, когда человек возвращается заметно поздоровевшим. Меня интересовало, не заметил ли Петр Степанович чего-нибудь необычного в тайге, загадочного. Свечения озера, например, или выжженных полян в тайге.
– Нет, не заметил, – признался он простодушно. – Удивился только одному – необычному приливу сил.
Я вспомнил смущение леспромхозовского инженера.
– Вы хотите сказать – возбуждению?
– Да, именно. Сначала думал, что это воздействие тишины, покоя, свежего воздуха, одиночества, наконец. Все так, но главную силу дает вода! Особенно сильно играла кровь первые пять дней, потом перестал обращать на все это внимание. Вы верите мне?
– А как вы сами объясняете происходившее?
– Вы читали о тунгусском метеорите? Так вот, говорят, упал он именно сюда. Озеро – его кратер. Но я думаю, – добавил он, – что это был не метеорит, а космический корабль. И озеро заряжено энергией инопланетян.
– Вы не обижайтесь, но я-то убежден, что никаких пришельцев не было, как не было и тунгусского метеорита.
– А что было? – уставился на меня буровик.
– Не знаю, думаю, неведомая нам энергия земли.
Я вспомнил вдруг о своем пораненном пальце и, осмотрев его, убедился, что рана полностью зажила. Впрочем, и это я боюсь приписывать чудодейственной силе – порез от кухонного ножа мог затянуться и сам по себе. Хотя после купания прошло не более трех часов.
Подлетая к Красноярску, я размышлял над словами моего соседа. Чудо есть, в этом сомневаться не приходится. И это более важно, чем найти горелую поляну с зажаренными рябчиками. Необходимо выяснить природу такого очевидного явления, как чудодейственное озеро. Феномену живой воды медицина должна дать правдоподобное объяснение. Но и оно, очевидно, не будет полным без ответа на вопрос о происхождении лесного озера, его целебных грязей. Не связаны ли их необычные свойства с магматической деятельностью в глубине Тунгусского плато, как и многие другие таинственные и необъяснимые пока явления в этом районе. В озере есть, например, участки с повышенным содержанием радона, теплые и холодные пространства, наблюдается иногда матовое свечение льда и воды. Не результат ли это подземных превращений, которые происходят на большой глубине и недоступны ощущениям человека? Конечно, со временем человечеству станет доступен и далекий космос, возможно, контакт с инопланетными существами. Но хотелось бы, чтобы человек проник в тайны земли, раскрыл их. Земли, которая кормит, одевает и исцеляет нас.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17

 

 

 
© 2008 "Мир чёрной магии" все права защищены
При использовании материалов сайта, активная ссылка на сайт обязательна!
                   
 
Rambler's Top100