Моя жена - ведьма

 

 

 

Группа сайтов
Мир черной магии
Мир чёрной магии
Мир денежной магии
Мир любовной магии
Форум

   
 

 

Андрей Белянин
Моя жена - ведьма

Наташа сделала плавное движение рукой вниз и влево, впечатление такое, словно открывала вход в туристскую палатку. Но вслед за ее пальцами воздух завибрировал, часть горизонта отклонилась в сторону, открывая чернеющую щель прохода в... никуда.
- Сергей Александрович, вы куда?! - Прямо передо мной материализовался белый ангел.
- Анцифер? Давненько вас не было видно, - улыбнулся я. - Вот видите, мы все-таки нашли друг друга. Позвольте вас представить... Тьфу! опять забыл... Наташа, извини, ко мне пришли.
- Твои духи? - догадалась она, отнесясь к моему утвердительному кивку совершенно серьезно. - Я тебя подожду, только не задерживайся надолго. Слишком легко нам удалось вырваться из рук святой инквизиции, обычно такое не прощается.
- Как скажешь, королева. Анцифер, я действительно рад...
- Сережа, куда вы идете?! - перебил меня ангел, нервно топорща перья лебединых крыл. - Вы что, совсем ополоу... прошу прощенья! Но ведь и думать иногда надо. Головой, а не другим местом. Позволю себе напомнить, что ваша жена - ведьма! Так куда же она вас заведет?!
- Амиго, не задавай пылким влюбленным глупых вопросов... - вдохновенно мурлыкнул черт, романтически приобнимая братца за плечи. - Как говорится - совет вам да любовь! Будьте счастливы! Пишите письма! Назовите дочку Васей и пришлите фотографию в полный рост, как только у девочки прорежутся два зуба...
- Я настоятельно рекомендую вам туда не ходить!
- Да мы, собственно, никуда и не идем... - почему-то начал оправдываться я. - Просто перед возвращением в Петербург Наташа должна забрать свои вещи, вернуть ключ хозяевам, попрощаться со стаей...
- С кем попрощаться?! - ахнул Анцифер. - С нечистью?
Я неуверенно заткнулся. Действительно, непонятно как-то... Жена (ведьма, оборотень, волчица) ведет меня (поэта, писателя, интеллигентного человека) за ручку - куда? В волчью стаю? В притон оборотней? В подземелье ведьм?
- Сережа, чем это он у тебя интересуется?
- Любимая, я пытаюсь найти для Анцифера удобоваримую причину для оправдания моего визита в... Сам не знаю куда, но, по его мнению, там страшно.
- Ничего особенного... Город как город, - фыркнула она.
- Вы слышали? Ничего особенного.
- Не пущу! - Ангел отважно растопырил руки, грудью став на моем пути. - Вспомните, к чему привело Адама грехопадение Евы... В каком таком городе может жить стая волков-оборотней? Что вы там забыли? А если, несмотря на то что вы ее муж, вас кто-нибудь по ошибке укусит?! С меня же в канцелярии голову снимут! Нет, любезнейший, уж если ей так приспичило юбку оттуда взять, пусть сама сходит и заберет. Не велика барыня...
- А ты не лезь не в свое дело! - тут же вступился лукавый, ненавязчиво подталкивая меня ладошками в спину. - У них семья, они сами во всем разберутся. Хочет он сходить в гости к оборотням - пусть идет. Может, ему на этом свете уже неинтересно?
- Да речь не столько о нем, сколько о ней...
- О ней? Ну, мало ли причин может быть у замужней женщины для привода любимого супруга в бандитский притон. Может, ей благоверный наскучил, может, у нее своя доля в этом деле, а может, просто черный цвет к лицу? Короче, отвяжись! Давай, Серега, бери жену и двигай в ритме вальса...
- Я вас не пущу!
- Серега, беги! Я его задержу...
Близнецы так дружно взялись за дело, что у меня от возмущения даже речь пропала. Эти наглецы решили самолично распоряжаться моей жизнью! Один пихал меня в грудь, отодвигая подальше от черной дыры, другой столь же рьяно толкал в спину, а в результате меня кидало, словно мячик, то вправо, то влево. Представляю себе, как это выглядело со стороны.
Наташа, посмотрев на такое безобразие, сдвинула брови, топнула ножкой и грозно потребовала:
- Силы Света и Тьмы, заклинаю вас всей мощью Добра и Зла - сейчас же оставьте в покое моего мужа, идиоты!
Анцифер с Фармазоном остановились для обмена недоуменными взглядами. Воспользовавшись этим, я перестал раскачиваться и попытался отдышаться.
- Что вам обоим от него нужно?
- Один требует, чтобы я с тобой не ходил, другой настаивает на противоположном. Причем и тот и другой свято убеждены, что я там не выживу. Девочка моя, ты можешь более популярно рассказать мне о том городе, куда мы отправляемся?
- Конечно могу, но сейчас на это нет времени. Повернись, ты их видишь?
Мы трое обернулись. Вдоль линии горизонта растянулась длинная цепь всадников, копья и кирасы блестели в лучах полуденного солнца. Если применить дедуктивный метод, то лично я бы предположил, что это обиженные солдаты из злополучного монастыря. На русские ладьи они напасть не решились, а вот догнать беззащитную супружескую пару - на это особенной храбрости не надо.
- Кто же там так о нас соскучился? - задумчиво протянул черт, сложив ладони в подобие бинокля и хитро щуря глаза. - На первый взгляд ни одного знакомого лица. Нет, нет... вон тот офицер слева, на вороном коне с белой звездой во лбу, - я его знаю. Помните, он еще едва не попал по мне своим дурацким мечом? Потом твоя супружница быстренько лишила его зрения. Видимо, ненадолго...
- Любимый, пойдем. - Наташа решительно взяла меня за рукав. - Если они нападут все одновременно, я не сумею тебя защитить.
- Сергей Александрович, умоляю, ради всего святого, возьмитесь за нас с Фармазоном и бежим в другой мир!
- Ни за что! Им и здесь хорошо. Они славно пожили, познали любовь и разлуку, горечь потери и счастье встречи... Зажились, одним словом. Пора, пора... Возвышенная смерть вдвоем, рука в руке, с последним поцелуем под копытами разгоряченных коней... Что может быть романтичнее?
Я схватился за голову. Три голоса, перекрикивая друг друга, обрушились на меня одновременно. Каждый убеждал, грозил, возмущался, увещевал, требовал... Я начинал неторопливо сходить с ума, а всадники неумолимо приближались.
- Мол-ча-а-ать!!!
Близнецы заткнулись мгновенно, один от удивления, другой от восхищения моим командирским воплем. Наташа все восприняла иначе.
- Это ты... мне?! - В глазах моей жены зажглись недобрые огоньки, но, прежде чем она успела произнести еще хоть слово, я запечатал ее губы долгим поцелуем. Во-первых, давно хотелось, а во-вторых, так безопаснее. Если ваша жена ведьма, то стоит научиться останавливать ее гнев до того, как он сформируется в заклинание, превращающее вас, например, в тумбочку.
- Сереженька, а нельзя ли...
- Ну, не лезь, не лезь, зануда! Солдатам еще целых пять минут сюда скакать. Дай людям поцеловаться напоследок. Ля мур - такое дело!..
Я зыркнул на них, вздернув бровь, оба отвернулись, но продолжали перешептываться.
- Любимый... я... уже почти забыла, как ты это делаешь. Я... люблю тебя! Поцелуй меня еще раз...
До нас уже долетали возбужденные крики солдат. Наташа вновь нахмурила брови, а потом неожиданно встряхнула меня, взявшись за лацканы пиджака:
- Сережка, ты же у меня колдун - прочти что-нибудь!
- Точно! - поддержал Фармазон. - А ну-ка, братан, колдани им промеж ушей так, чтоб одуванчики из глаз посыпались. Давай-давай хотя бы в порядке эксперимента...
- Ну же, милый мой, прочти какое-нибудь подходящее стихотворение, иначе они действительно нас растопчут.
- Любимая, сколько раз можно повторять - я не колдун!
- Укушу за ухо, - честно предупредила она. Я вздохнул и мельком взглянул на Анцифера, ангел невнятно пожал плечами, кивком головы выражая молчаливое согласие.
- Ладно, если вы все настаиваете. Только я не знаю, что бы такое выбрать... Все стихи в основном о любви.
- Маэстро, не кокетничайте, - поторопил черт. - Читайте первое, что взбредет в голову, или нам тут всем обеспечат бесплатный проезд с красивой музыкой... до ближайшего кладбища!
Я откашлялся и с выражением начал:
Для графини травили волка.
Его поступь была легка...
Полированная двустволка -
Как восторженная строка!
Он был вольный и одинокий.
На виду или на слуху.
Стрекотали про смерть сороки
Беспардонную чепуху.
Упоенно рычала свора,
Егеря поднимали плеть -
Все искали, где тот, который
Призван выйти и умереть?
Нет, любимая... Даже в мыслях
Я не буду ничей холоп.
Я уже не подам под выстрел
Свой упрямый звериный лоб.
И моя негустая шкура
Не украсит ничей камин.
Пуля - дура? Конечно, дура...
Только в поле и я - один...
Все бело, и борзые стелют
Над равниной беззвучный бег.
Эх, дожить бы хоть до апреля -
Поглядеть, как растает снег,
Как по небу скользят беспечно
Облака до краев земли...
И влюбиться в тебя навечно,
За секунду
до крика:
«Пли!»
На последней строфе буквально из-под земли вырвался огромный серый волк и, перепугав половину лошадей, ушел влево. Всадники, как по команде, развернулись в погоню, совершенно не обращая на нас никакого внимания. Наташа прижалась к моей груди, задумчиво мурлыкнув:
- Это даже еще эффектнее, чем я предполагала. Любимый, ты уверен, что не хочешь заняться магией профессионально? Я познакомлю тебя кое с кем в Городе.
Фармазон и Анцифер снова пустились выяснять, в чье ведомство отнести совершенный мною поступок. Вроде бы на первый взгляд колдовство - великий грех, и значит, победил черт. Но ведь никто не пострадал, и вообще я сам отношусь к себе как к поэту, а не как к чародею. Опять же, спасти Богом данную жену - явно хороший поступок. Я махнул на них рукой. Пока мою голову забивала лишь одна мысль о том, что с этим волком мы уже где-то встречались...

* * *

Я опомнился, лишь ощутив себя в новом мире. Видимо, пока я считал ворон, моя жена успела втолкнуть меня в проем. Вокруг была ночь. Неизвестный город переливался разноцветными огнями неоновых реклам. Мы находились на широкой улице перед старинным русским кремлем. Несмотря на позднее время, в воротах топтались лоточники, вовсю торговали сластями и мороженым, везде сновали празднично одетые люди. Созвездия над головой были совершенно незнакомыми, но невероятно яркими, а воздух дышал теплом и запахом акаций. Не знаю, уж что там напридумал Анцифер, лично мне сразу стало так легко и уютно... Казалось, я жил здесь много лет назад, знаю каждую улочку, каждый дом, каждое дерево и город тоже помнит меня. Наташа ласково потерлась щекой о мое плечо:
- Мы пришли. Тебе здесь нравится?
- Да. Такое впечатление, что я вернулся домой. Если верить в теорию множественности жизней, то наверняка это и есть мой родной город.
- Я так счастлива, любимый... - Она смотрела на меня самыми влюбленными глазами. - Пойдем, наш дом совсем рядом, через две улицы.
Мы шли по тротуару, неспешно разговаривая о чем-то не слишком важном, мимо проносились автомобили, в соседнем парке прогуливались мамы с колясками, фонари светили вовсю, и я уже почти забыл, что попал сюда из несуразного средневековья. Боже мой, да ведь меня там чуть-чуть не затоптали религиозные фанатики, едва не загрыз зверь-оборотень, а потом еще и сжечь собирались... Ну хорошо хоть это все кончилось без эксцессов. Мы с супругой нашли друг друга, я жив-здоров и не намерен больше лезть в экстремальные ситуации, а значит, мы тут немного отдохнем - и назад в Петербург. Можно вздохнуть поспокойнее.
- Хотелось бы погулять подольше, но, честно говоря, я уже столько набегалась за сегодня. Да и ты, бродяга, когда брился в последний раз?
Я провел пальцами по трехдневной щетине, невольно перевел взгляд на жену и ахнул. Крестьянское платье и накидка с капюшоном бесследно исчезли, Наташа красовалась в короткой черной юбке, черном пиджачке с резными пуговичками, черных же туфельках на каблуке, да еще очки на носу в эффектной золоченой оправе. В ответ на мой удивленный взгляд она счастливо рассмеялась.
- Глупый мой, как же мало ты знаешь о настоящей магии. Любая ведьма мгновенно меняет свой облик в соответствии со временем и местом. Не веришь? Вот послезавтра я свожу тебя в Древний Китай эпохи Мин. Там у меня такое роскошное зеленое платье!" Ты просто...
Неведомая сила страшно толкнула меня в бок. Я покатился по асфальту в обнимку со своей элегантной ведьмой, а на том месте, где мы только что стояли, визгливо взвыли шины пролетающего автомобиля. Серебристо-серый «мерседес» вывернулся из-за поворота на зеленый свет и мгновенно скрылся в ночи.
- Мой костюм...
- Дорогая, тебе не кажется, что этот псих пытался нас сбить! - возмущенно начал я, морщась от боли в ушибленном колене.
- Мой костюм?! - Оперевшись на мою руку, Наташа с закипающей яростью уставилась на порванные колготки и висящий на трех ниточках рукав. Левая туфля, видимо, попала под колесо, а поднятые очки украшала трещина вдоль обоих стекол. - Где этот гад?! Куда он поехал? Я же сейчас...
- Любимая, это бесполезно...
- Он же теперь только до ближайшего столба и доедет! Он до старости будет мне на итальянские колготки зарабатывать! Я ему такое устрою...
- Девочка моя - все! Все... успокойся.
- Я - успокойся?! Это ты мне говоришь: успокойся?! Ладно, сейчас я им всем - успокоюсь...
Она гневно сузила глаза, и две ближайшие к нам машины почему-то столкнулись друг с другом. Дальше - больше. В образовавшуюся пробку влетел микроавтобус, за ним три рокера на мотоциклах, еще один милицейский с коляской и, венчая все сооружение, - карета «Скорой помощи» с красным… полумесяцем?! Я протер глаза, мы что же, в Турции?
- Не обращай внимания... - отмахнулась Наташа. - Мир как мир, город как город, просто не каждая символика обозначает здесь то же, что на Фонтанке.
- Это... ты? Ты сделала все... всю... аварию! Там же ни в чем не повинные люди!
- Подумаешь... Никто не пострадал, но надеюсь, что до того гада в «мерседесе» я все-таки дотянулась.
Действительно, ругающийся и вопящий народ возбужденно замахал руками, выкрикивая нечто, похожее на малопонятные белые стихи. Буквально в ту же минуту покореженный транспорт взвился в воздух и медленно опустился обратно на дорогу, совершенно новенький, без единой царапинки. Возможно, я впал в некоторый столбняк. Этот город был наполнен магией, словно средняя полоса России березовыми пеньками. Все здешние жители владели волшебством так естественно, как петербуржцы определением погоды в другом конце города за неделю вперед. Я впервые обратил внимание, что у большинства прохожих были вертикальные зрачки. Две молодые девчушки прошмыгнули рядом, хохоча во все горло и демонстрируя народу великолепные отточенные клыки. У кого-то проглядывали маленькие рога, кто-то цокал не каблуками, а копытцами, некоторые дамочки вертели хвостом перед своими кавалерами отнюдь не в переносном смысле. Весь город был населен нечистью, или, если хотите, представителями нетрадиционных магических меньшинств. Здесь они были в большинстве. Надеюсь, это хоть как-то подразумевает присутствие отдельных нормальных людей? Очень хочется верить, что я здесь не один...
- Сереженька, кажется, вы не очень ушиблись? - раздался виноватый голосок с моего правого плеча. - Простите, Христа ради, но у меня не было иного выхода... Этот пожилой тип за рулем - он же просто сумасшедший! Он намеренно пытался вас сбить...
- Так это вы толкнули меня так, что мы оба покатились вверх тормашками? - шепотом ответил я. - Ну, Анцифер... спасибо, конечно, но если моя жена узнает об истинном виновнике ее безнадежно испорченных колготок...
- Женщины чудны и многообразны, - философски промурлыкал черт слева. - Ты вот ей жизнь спасаешь, буквально из-под бампера за косички выдергиваешь, а она же на тебя еще и нос морщит. Что легче - ее утащить от машины или машину оттащить от нее? Любому дураку ясно... но попробуйте объяснить это женщине!
- Ладно, ребята, сейчас не время для споров. Поговорим позже, когда будет свободное время.
- Мне кажется, что несколько минут никак не решат...
- Братан, ну откуда им взять эти минуты?! Ты был хоть когда-нибудь влюблен? - Близнецы ударились в долгий спор, используя мои уши на манер телефона. Я старался не обращать на них внимания, Наташа вела меня под руку, но какие-то обрывки фраз все равно долетали.
- Циля, если ты будешь лезть к ним под одеяло со своими дурацкими правилами...
- Я всего лишь хочу, чтобы они вернулись домой и сходили в церковь. Ему стоит покаяться во многих грехах, да и у нее (несмотря на то что она ведьма) светлая душа, а значит...
- Но хоть пару дней ты можешь их не тревожить, моралист занюханный?! Они два молодых, здоровых человека, у них... потребности есть- И право на личную жизнь, в конце концов!
- Вот вернутся домой, исповедуются, выстоят службу, получат благословение - и ради Бога! Мы же не дети, все-все понимаем...
- Слушай, ты ангел или агент полиции нравов?
- Да тебе дай волю, так ты бы его только по борделям и таскал!
- А в глаз?!
Потом голоса как-то незаметно смолкли. Возможно, ребята и впрямь отправились на ближайший пустырь выяснять отношения. Мы же поднялись на третий этаж высокого особняка. Ничего особенного, если не считать соседки этажом ниже. Она высунулась в дверь, прожигая нас злобным взглядом. Более страшной рожи я не видел... Что ж это за бабу-ягу к нам подселили? Ненароком воду в ванной перельешь или музыку слишком громко включишь - скандалу не оберешься. Интересно, как тут скандалят, если каждый житель способен наслать на другого такую порчу, что и подумать страшно? Надо будет поговорить с Наташей, а то как-то неуютно мне здесь... За хлебом не выскочишь, кругом сплошная нечисть. Если еще и в самом доме будет твориться черт-те что... Так и есть - вместо того чтобы открыть дверь ключом, супруга рявкнула на нее, нетерпеливо притопнув каблучком, та мгновенно открылась.
- Сколькикомнатная у тебя квартира? - тихо выдохнул я.
- Прихожая, кухня, туалет, ванная, спальня, гостиная, сауна с бассейном, тренажерный зал, солярий, рабочий кабинет, лаборатория, небольшой каминный зал, кладовка и дамская комната, - скромно продекламировала она.
Размеры и убранство ошеломляли, мебель всех стилей и направлений только авторской работы, повсюду ковры, вазы, картины, какие-то африканские маски, японские игрушки, диковинные растения, сухие цветы, оружие, шкуры животных и самая современная видеотехника. Моя жена оказалась богатой женщиной...
- Ничему не удивляйся, все это наколдовано. Здесь каждый устраивает себе быт по собственному вкусу. Если ни одна из имеющихся комнат тебе не подойдет, я сотворю другую в соответствии с самыми придирчивыми требованиями. Просто скажи, чего тебе хочется, и все.
Я молча развел руками, сказать нечего. Наташа многозначительно улыбнулась и потащила меня в ванную. Потом, даже не дав раздеться, просто втолкнула под душ и, встав рядом, прервала все мои протесты таким поцелуем... Что же она со мной делает? Ведьма... ведьмочка... любимая...

* * *

Я проснулся от настойчивого звонка в дверь. Вставать не хотелось ужасно... Наташа спала, отодвинувшись к стене и с головой завернувшись в шелковое одеяло...
- Любимый... - час назад, тяжело дыша у меня на плече, попыталась объяснить она. - Отпусти, пожалуйста. Если я еще хоть раз тебя поцелую, то мы уже до утра не дадим друг другу уснуть. Завтра очень напряженный день, я хочу представить тебя стае, давай хотя бы немного просто поспим...
Я кивнул и погладил ее по щеке. Моя жена - самая лучшая женщина, во всех смыслах... Так вот она-то уснула мгновенно, а я, едва задремав, был поднят на ноги этим проклятым трезвоном. Господи ты Боже мой, ну кому там может прийти в голову припереться в гости в три часа ночи?! Нащупав в темноте брюки, я прошлепал по всем комнатам, пока не оказался в прихожей. Дверного глазка не было, поэтому пришлось просто погромче спросить:
- Кто там?
- Мне нужна Наташа, - глухо донеслось после некоторого молчания.
- Она спит, зайдите днем.
- А кто это?
- Ее муж, - уже поворачиваясь, буркнул я, но не успел сделать и пары шагов, как вновь зазвенел звонок. В крайнем раздражении полусонного человека я повернул ключ в замке и распахнул дверь. Дальше была немая сцена ужаса. На лестничной площадке, оскалив зубы, напружинясь, стоял... волк! Тот самый! Серо-пепельный с сединой, с вздыбленной шерстью, он казался от этого еще огромнее, а желтые глаза излучали такую всепоглощающую ненависть... Я вцепился в ручку двери, глядя на него как парализованный. Этот оборотень преследовал меня. Он хотел меня убить. Я вдруг необычайно ясно понял, что в моей жизни появился самый настоящий враг! Не завистник, не клеветник, не хам трамвайный, а именно - враг. Некто, жаждущий моей смерти и добивающийся своей цели с упорством маньяка. Видимо, на какую-то долю секунды я вздрогнул... В тот же миг зверь молча бросился вперед. Я с не меньшей скоростью рванул назад, под декоративную защиту двери. Волк ударил в нее всей грудью и, встав на задние лапы, начал вжимать меня в квартиру. Я со своей стороны тоже навалился плечом и не уступал. Защелкнуть замок не удавалось, оборотень был сильнее, сквозь медленно увеличивающийся проем меж косяком и дверью доносилось яростное сопение зверя. Мы боролись, как в тот раз, в тюрьме, снова один на один, не выясняя причин, не утруждаясь вопросами, не тратя времени на пустые формальности типа: кто, за что, почему? Мои босые пятки, скрипя, заскользили по паркету, волк напирал.
- Сереженька, я - с вами! - В дверь уперлись интеллигентные ручки белого ангела.
- Трудитесь, мужики? - бодро поинтересовался Фармазон, прикладывая к общему делу и свое плечо. - Я тут было подумал этому волку позорному помочь (грязные штучки мне по штату положены...), но ведь если он тебя съест, то кому же я такой неулыбчивый нужен? Во что-нибудь поганенькое я тебя всегда втравить успею, ты мне для этого дела живой нужен. А ну, навались, разом, дружно!
Под нашими утроенными усилиями оборотень попятился, и клацанье сработавшего замка прозвучало как финальный аккорд всей драки. За дверью раздалось раздраженное рычание и тихие шаги вроде бы вниз по лестнице.
- Он... сюда не ворвется?
- Не боись, Сергунька, ты под охраной верных конвоиров. - Бес фамильярно похлопал меня по плечу. - Тут ведь везде сплошная магия - ни один гад к тебе не войдет, если ты его сам не впустишь или не позовешь. Хочешь проверить? Вот кликни сюда эту дворняжку-переростка...
- Не вздумайте даже, экспериментаторы... Ты чему его учишь, мерзавец?!
- Я не мерзавец, я - классовый враг!
- Ну и чем ты гордишься-то, чем гордишься?
- Все, ребята, довольно разборок... Спасибо вам. - Я поочередно протянул руку обоим. Рукопожатие Анцифера было теплым и мягким, а ладонь Фармазона оказалась жесткой и сильной. - Жена спит уже, пошли на кухню, там поговорим. Вы ведь не просто так заявились?
Ангел лишь кротко вздохнул, пока его черный братец ловко «национализировал» холодильник. Мы расселись на табуретках, а на столе в мгновение ока появились и сыр, и колбаска, и нарезанный батон, и даже консервная баночка с крабами.
- Сергей Александрович, должен признать - вы, как всегда, правы. Мы пришли к вам по делу. Можно сказать, ведомые суровой необходимостью. Сами понимаете...
- Водки нет, - испуганно вставил Фармазон.
- Не перебивай! Так вот, я только-только хотел сказать, что нами движет лишь естественное желание помочь всеми нашими...
- Водки же нет!
- Не перебивай, невежественный субъект, незнакомый с элементарными нормами культурного поведения.
- Серега, у тебя в доме кто-то водку скоммуниздил... - совершенно потерянным голосом заключил побледневший черт.
Анцифер напряженно втянул ноздрями воздух, прикрыв глаза и сдвинув брови, но я поспешил вмешаться в назревающий инцидент:
- Спиртного действительно нет, даже искать не надо. Лично я предлагаю всем чай. Для особо желающих остался томатный сок в пакете. Если отлить немного, то, возможно, Наташа не заметит, хотя любит его безумно, и обычно все попытки обделить ее соком кончались плачевно. Причем именно томатным... На апельсиновый или яблочный даже не взглянет.
- В таком случае - все пьют чай, - переглянувшись, кивнули близнецы.
Пока я разливал, Фармазон бормотал что-то невнятное о том, что «...все женщины и так не сахар, а уж провоцировать на праведный гнев еще и натуральную ведьму?.. Да на фиг надо?! Ради рюмки паршивого томатного сока...».
- Значит, дело обстоит так. Мы тут обшарили весь город и убедились, что вы попали не туда. Совсем не туда.
- То есть?
- То есть - абсолютно! Это мир колдовства. Здесь ночью оживленнее, чем днем, потому что вампиры встают из гробов. Тут упыри и вурдалаки шастают по улицам, как по собственной квартире. Здесь на каждом углу сталкиваешься с волшебником или ведьмой, с оборотнем или колдуном, с магом или чародейкой. Все население так называемого Города - сплошь нечистая сила. Нормальный человек здесь жить не сможет... А потому настоятельно рекомендую - будите вашу супругу и бегите отсюда не оглядываясь. Мы постараемся вытащить вас обоих.
- Признаться, мне и самому здесь уже как-то неуютно. Вернее, сначала было даже очень хорошо, пока я не понял истинного облика горожан. Наташа обещала завтра представить мою особу честному собранию. Полагаю, что как мужа ведьмы меня никто не тронет, но долго жить в условиях невозможности самостоятельных прогулок под луной... С чисто профессиональной точки зрения, как для поэта, для меня это совершенно неприемлемо. Надо возвращаться в Питер.
- М-м... сбавь обороты, старик, - чавкая, протянул черт, а я неожиданно обратил внимание, как быстро росла перед ним горка конфетных оберток. - У тебя ведь вроде неплохо получалось наводить шороху этими своими стишками. Может быть, стоит задержаться здесь на недельку-другую да попрактиковаться как следует в рифмованной магии? И жену порадуешь, и сам в крутого чародея переквалифицируешься. Не спеши отбрыкиваться, подумай...
- Нет. Я твердо решил. Мы возвращаемся. Не сейчас, естественно, ради чего мне жену посреди ночи будить? Утром встанем, позавтракаем - и вперед.
- Может, все-таки сейчас? - взмолился Анцифер.
- Может, все-таки задержишься? - в том же тоне поддержал Фармазон.
- Нет, ребята. Я пойду, надо хоть немного поспать перед дальней дорогой. Вы уж извините, досиживайте здесь до утра, все, что в холодильнике и на плите, - в вашем распоряжении. Пожалуйста, извините за неуважение к гостям, плохой я сегодня хозяин. Мне пора...
Ангел кротко вздохнул, черт скривил рожу и переключился на сервелат. Я быстренько добрался до спальни и уснул мгновенно, едва коснувшись головой подушки. Спал, как ребенок, сны мои были радужными и добрыми. Если бы я только знал, ЧТО меня ожидает по пробуждении...

* * *

Уже ощущая сквозь прикрытые веки, как лучики солнца щекочут ресницы, я, еще не полностью проснувшись, потянулся к жене, обнимая ее за плечи. Неожиданно тело Наташи так напряглось, что я вздрогнул. Она, резко подскочив, села на кровати, вперив в меня грозный взгляд.
- Ты кто?!
Вместо ответа я сонно улыбнулся и попытался продолжить желанные объятая, но Наташа шарахнулась от меня, как честный прокурор от бомжа со взяткой. В ее круглых глазах заметались опасные молнии, пальцы, прижимающие к груди одеяло, побелели, а в голосе прорезалось шипение:
- Кто ты такой?! Что ты делаешь в моей постели, мерзавец?
- Пока все еще ничего не делаю, просто лежу. - Я почему-то счел происходящее некой любовной игрой, прелюдией, так сказать, и на свою голову добавил: - Но отлично понимаю, что мое бездействие преступно. Поэтому двигайся поближе, и я начну активно заглаживать свои грехи. Приступим...
- Негодяй! Скотина! Каналья! - взорвалась она. Господи, да я отродясь не видел ее в такой ярости. - Как ты сюда попал, гнусный развратник?!
- Ну зачем же такие громкие слова? Я всего лишь тихий прелюбодей...
Моя последняя шутка, видимо, показалась ей не очень удачной. Даже более: вместо беззаботного смеха она довела мою жену до последней степени каления. Маленькие молнии, метавшиеся в ее почерневших глазах, сконцентрировались, объединились и мощным электрическим разрядом буквально взорвали то место, где я только что лежал. Это Анцифер с Фармазоном чудом успели выдернуть ошарашенного меня из-под обстрела.
- Наташа! Солнышко, успокойся...
- Ах ты, дрянь озабоченная! Ты и имя мое узнал, маньяк-недоучка?!
Прячась от следующей молнии, мы бросились на пол уже втроем. Пришлось экстренно уползать за пуфик, поскольку остановить несанкционированный гнев жены-ведьмы практически невозможно.
- Ну и завелась твоя баба... За какое место ты ее укусил, резвый сексопатолог?!
- Фармазон, пойдите к черту!
- Оригинальное предложение, - сдержанно хихикнул Анцифер. - Но кое в чем он все-таки прав, почему она на вас нападает? Просто ужас какой-то...
- Ничего подобного! - огрызнулся я. - Подумаешь, молодая женщина встала не с той ноги... А может, у нас такой внутрисемейный способ разряжать пасторальную атмосферу маленьким домашним катаклизмом. Сейчас я скажу волшебное слово, и вы просто поразитесь, какой шелковой она станет. Наташа! Я тебя люблю!
Она на секунду задохнулась, а потом ударила с такой силой, что рухнула люстра и от нашего ненадежного укрытия остались только дымные лоскутки.
- Мы просто поражены! - в один голос заверили меня два брата-акробата, резво отгребая в стороны.
- Что ты делаешь, психопатка?! - в голос завопил я, храбро вскакивая на ноги. - В доме посторонние люди. Прекрати сейчас же, мне перед друзьями неудобно!
- Так ты, извращенец, здесь не один? - почти ласково пропела Наташа, недобро сощурив глаза.
- Серега, Серега, ты че, в натуре?! Не надо нас сюда вмешивать. Сами разбирайтесь, а мы еще жить хотим.
- Я - твой муж!
Вот это, как оказалось, было совсем уж напрасно. В комнате словно потянуло сквозняком. Лицо Наташи превратилось в маску злобы и презрения. Она отпустила одеяло, на минуту представ передо мной в своей ослепительной наготе.
- Ведьма не может иметь мужа. Я - ведьма! За такое оскорбление ты заплатишь кровью.
Прежде чем я успел хоть как-то возразить, она прогнулась, совершая сложный кульбит, и... на широкой кровати встала яростная серая волчица.
- Так... это уже не любовь... - Больше я ничего не успел сказать. Волчица прыгнула вперед, а мы трое бросились наутек. О попытке сопротивления не было и речи. Она догнала нас в две минуты, но я исхитрился кубарем вылететь на балкон и, не задерживаясь, сигануть с перил. Страшные зубы клацнули в невероятной близости к моей пятке. Упасть вниз мне не дали. Ребята вовремя замедлили мой полет с третьего этажа, дав возможность зацепиться за какие-то бельевые веревки. Я повис как раз напротив двери нижнего балкона. Сверху доносился бешеный рык обозленной хищницы.
- Держитесь, Сереженька. Сейчас мы вас раскачаем, попытайтесь встать на перильца, а там зовите хозяев. Будем надеяться, что к вашему возвращению она отойдет.
Я неуверенно кивнул. В этот момент балконная дверь наших нижних соседей распахнулась, и на меня уставилась та самая соседушка в домашнем халатике и бигуди. Помнится, я еще назвал ее бабой-ягой. Увидев меня, она побледнела так, словно отхлебнула цинковых белил. Губы старухи затряслись, а ее саму стала бить нервная судорога. До меня не сразу дошло, чего это она так в меня вперилась? Ну, висит на ее веревке перед ее балконом голый интеллигентный мужчина. О мать Тереза... На мне действительно не было даже ниточки. Но ведь я же вставал с постели от законной жены, и... сами понимаете... она же не дала мне возможности хоть что-то накинуть, сразу бросилась в драку!
- Д-доброе утро... - с натянутой улыбкой выдавил я.
В ответ бабка так завизжала, что мои пальцы едва не разжались самостоятельно. Я попытался подтянуться наверх, но там по-прежнему яростно скалила зубы моя любимая... волчица. Соседка вышла из столбняка и опрометью скрылась в квартире. Прилетела обратно буквально в ту же секунду. В ее руках дымился медный таз с каким-то булькающим варевом.
- Помогите! Насилуют! - завопила она, отважно выплескивая в мою сторону свое зелье. Я вовремя отпустил веревки. Анцифер и Фармазон успешно подхватили меня под локотки и бережно опустили на землю. Я машинально глянул вверх. Наташи не было видно, добрая женщина тоже исчезла, но на асфальте, куда попали капли жидкости, предназначавшейся мне, появились дымные, обгорелые дыры.
- Сергей Александрович, нам пора, бежим! - Ангел цапнул меня за правую руку.
- Точно, точно, - неожиданно поддержал черноволосый братец. - А супругу твою мохнолапую лучше здесь оставить. Можно подумать, нам для полного кайфа только психованных ведьм и не хватает.
- Ничего не понимаю, - деланно возмутился я. - Эта старушка, видимо, с детства страдает прогрессирующей шизофренией. А может, ей в гражданском браке не повезло? Тогда понятно, почему сегодня у нее особенно острый приступ мужененавистничества. Простить ее, что ли, по-христиански?
- Глупая шутка, - буркнул ангел.
- Да, сногсшибательным остроумием не блещет, но, Циля, ты же видишь, парень явно не в себе. Держу пари, женатого каскадера без улыбки и трусов он изображает впервые. Поимей снисхождение, не ругай его больше, на нас и так все подряд любуются.
В самом деле, несмотря на раннее утро, вокруг начали останавливаться прохожие. На меня смотрели с неподдельным интересом, одни таинственно улыбались, другие потирали руки, медленно придвигаясь поближе, а некоторые даже пускали слюну, словно в предвкушении... чего? Об этом думать уже не хотелось. Я вдруг необычайно остро осознал, что Анцифера с Фармазоном никто не видит, а значит, центром столпотворения является не кто иной, как...
- Серега, ты бы это... ладошками прикрылся, что ли?
- Анцифер! - Красный как рак, я в полном отчаянии повернулся к ангелу. - Чего им всем от меня надо?
Вместо ответа он вдруг схватил меня за руку и напролом бросился бежать. Двух скалозубых суперменов мы сбили, остальные взревели от ярости и восторга:
- Жертва!!!
Возбужденная моим страхом толпа нечисти ринулась в погоню. За моей спиной раздался упоенный вопль:
- Серега, беги! Я - прикрою!
Сзади загремели выстрелы. Обернувшись, я увидел счастливого Фармазона, доставшего из-под складок балахона большой черный маузер. Он поднял его над головой и еще раз даванул на гашетку:
- Я их задержу! Как говаривал незабвенный Беня Крик, «...стрелять надо в воздух. Потому как если не стрелять в воздух, то ведь можно-таки попасть в живых людей...».
Конечно, его никто не видел, но выстрелы услышали все. На какое-то время стушевавшийся народ растянулся плашмя, пытаясь угадать, откуда же ведется стрельба. Поняв, что их несколько обманули, вся свора, озлобленно взвыв, стартовала за нами. Я никогда так не бегал... Босиком по еще прохладной мостовой, в неброском костюме древних греков на Олимпийских играх, подталкиваемый в спину ангелом-хранителем и бесом-искусителем, периодически тянувшими в разные стороны, да еще преследуемый по пятам разномастной нечистью, - это что-то! Мы неслись по широкой улице, потом петляли между рычащих автомобилей на красный свет, свернули в какие-то старые кварталы, там метались по переулкам, Анцифер выпачкал крыло в солидоле, а Фармазон где-то потерял маузер. Прохожие, хозяева домишек, женщины и дети, которых мы успешно сбивали, толкали или просто отрывали от дела, загорались праведной местью и увлеченно ввязывались в погоню. В конце концов они нас загнали в угол. Что, впрочем, вполне естественно, учитывая неравенство сил и разницу в ориентировке на местности. Коренные жители знали Город как свои пять пальцев. Впрочем, у некоторых их было шесть, а у одной резвой старушки вообще четыре, очень похожие на птичьи лапки, украшенные загнутыми когтями. Мой мозг удивительно беспристрастно отмечал все эти детали, в то время как я сам тупо шарил руками по гладким стенам тупичка. Под ногами - асфальтовая дорожка, над головой - синее небо, с трех сторон - бетонные плиты, а единственный выход плотно закупорен негостеприимными гражданами...
- «Далеко, далеко на лугу пасутся ко-о...? Козлы!» - совершенно не к месту пропел Фармазон. - Как-то не в голосе я сегодня, то ли в горле першит, то ли грудь побаливает... К врачу бы надо, мы тут недавно поликлинику пробегали. Ну что, Серега, дел полно, времени в обрез, давай прощаться, что ли?

* * *

Они подходили медленно, смакуя каждое движение, и слюна, бегущая с клыков, уродовала их лица. Первыми подкрадывались две стройные девушки в коротких пестрых платьицах, та самая пенсионерка с вороньими когтями, высокий мужчина с интеллигентным носом, в очках и при галстуке, плюс толстенький милиционер с благородной сединой в усах и впечатляющими зубами.
- Сереженька, если вы сейчас же не дадите нам руки...
Голос Анцифера вывел меня из столбняка. Неожиданно я ощутил безграничную потребность жить! Что бы там ни собирались сделать со мной эти уроды - разорвать на куски, съесть живьем, высосать всю кровь - больше я не буду трусливо убегать. Где-то далеко в моем генеалогическом древе попадались настоящие казаки. Значит, где-то должна быть и храбрость. Ее надо найти и набраться, а сейчас... сейчас я буду протестовать!
- Руки прочь! Прочь руки, интервенты! Я - гражданин свободной России. Моя страна успешно поднимается с колен, невзирая на все революции, перестройки, путчи, экономические кризисы и демократические реформы. Я направлю ноту протеста в Организацию Объединенных Наций! Самому... кто там у них сейчас, Перес де Куэльяр? И ему тоже, в любом случае - однозначно! - НАТО пришлет сюда войска, и «голубые каски» навсегда положат конец вашим милитаристским проискам.
Нападающие остановились. Может быть, никогда не видели голых психов, может быть, моя речь их вправду чем-то заинтересовала... Ну, раз слушают, я продолжил:
- В огне постоянной борьбы за общечеловеческие ценности, за равные права для всех рас и национальных меньшинств, за повсеместное уважение каждого индивидуума, самоценности и исключительности каждой конкретной личности закаляется душа народа. Да, жертвы были и будут! Да, нас всячески пытаются замолчать, остановить, уничтожить, но никто... вы слышите, никто не в состоянии изменить неумолимый путь эволюции человеческого разума! А те, кто пытается жалкими потугами остановить раскрученный маховик истории, - обречены на бесславную кончину, ибо нет в мире сил, способных остановить то, что мы именуем реалиями сегодняшнего дня!
Вампир в милицейской форме одобрительно захлопал, остальные, подумав, тоже поддержали меня сдержанными аплодисментами. Я перевел дух...
- Серега, по-моему, они приняли тебя за своего. Ты рубишь международную обстановку на ходу, сечешь политграмоту, как семечки. Вроде ничего определенного не сказал, а какое впечатление... Где так настропалился?
- Студентом состоял в комитете комсомола...
- М-минуточку, молодой человек... - обратился ко мне мужчина в очках, пряча за спину руки с ухоженными когтями. - Боюсь показаться навязчивым, но развейте некоторые сомнения присутствующих, вы ведь не из наших?
- Да, я не местный. Приехал только вчера, впервые в вашем Городе, однако это ведь не причина...
- Он не это имеет в виду, - встрял в разговор представитель охраны правопорядка. - Гражданин, ваши документы, попрошу.
- Ага, сейчас достану! - огрызнулся я.
- Понятненько... Попрошу пройти в отделение.
- Еще чего?! Никуда он не пойдет. Знаем мы ваши отделения, один себе всю кровь заграбастать хочешь! Фигу! Здесь на месте и разделаем, - возмущенно загомонил народ, но высокий опять перебил всех:
- Молодой человек, а как вы, собственно, сюда попали?
- Есть не будете? - устало вздохнул я.
- Будем, но позднее. Нам все-таки интересно, откуда вы такой взялись и зачем разгуливаете в обнаженном виде по нашему Городу?
- Ладно, в двух словах... Меня привела сюда жена, она ведьма, живет... не очень далеко, на... не знаю какой улице. Утром мы повыясняли отношения, в результате чего я оказался под балконом не совсем... одетый.
- Вы - муж ведьмы? - почему-то удивились все. - Но ведьмы не выходят замуж. Они могут иметь кучу любовников, но законного мужа - никогда!
- Тем не менее... Наташа моя жена, а я ее муж. И это правда.
- Это не может быть правдой. - Мужчина поправил очки и понизил голос, словно выдавая страшную тайну. - Все предания утверждают, что муж ведьмы, если таковой действительно существует в природе, должен быть самым могущественным колдуном нашего века. С его разрушительной мощью не сравнится никто! Уж не хотите ли вы убедить нас, что вы и есть тот самый колдун?
- Да, - честно соврал я.
Мужчина жестом утихомирил разволновавшуюся толпу, снял очки, протер стекла платочком и, вновь водрузив их на нос, обратился ко мне:
- Докажите.
- Это небезопасно.
- Понимаем. Но если вы и вправду муж ведьмы, то возможные жертвы эксперимента вас не остановят, если же нет...
Тут он улыбнулся. На мгновение мне показалось, что у него вместо зубов заточенные полосы стали... Дыхание исчезло, я почувствовал, как вновь сдаю позиции животному страху. Первые строчки дались с трудом, но потом голос вернулся, и я дочитал так, словно от этого зависела моя жизнь. В критической ситуации каждый открывает в себе такие возможности...
Падает небо ажурным дождем,
Бывшее некогда синим.
Мы умираем, творим и живем
В мире изломанных линий.
Как силуэт, отраженный в окне
Долгой вагонной дороги,
Изморось дней в очищающем сне
Взвесят небрежные боги.
И подведут неучтенный баланс
С уймой ошибок на бланке,
Щедро отдав подвернувшийся шанс -
Встретиться на полустанке.
Там, где грохочет на стыке ветров
Бешеный поезд Вселенной,
Мы разглядим неземную любовь,
Ставшую гордой и тленной...
Мы улыбнемся, почувствовав связь
Судеб, как вечных истоков.
Злоба уйдет, и отмоется грязь,
Ты уже неодинока...
Не уходи! И тогда и теперь
Висну плющом на балконе
И обреченное время потерь
Пересыпаю в ладонях...
- Кажется, дождь начинается, - неуверенно протянули две девушки-вамп.
- И земля качается как-то подозрительно, - в тон им добавил побледневший милиционер. - Эй, колдун, а как это твое заклинание срабатывает?
- Не знаю, - пожал плечами я. - Каждый раз по-разному.
- Суду все ясно, - твердо объявил мужчина в очках, глядя на трещины, появившиеся невесть откуда в асфальте. - Этот человек - наш человек. Он действительно достоин называться мужем ведьмы. Предлагаю от лица всех присутствующих выразить ему нашу общую благодарность за такое представление. Извините, что не поверили сразу. Надеемся, никаких обид и недоразумений? Вот и замечательно. Рекомендую всем откланяться.
- Чаво?! - громко переспросила когтистая бабка.
- Бежим отсюда, вот «чаво»!!!
Дождь хлынул со страшной силой, подземные толчки взорвали тротуар, выворачивая черные плиты, тучи приобретали очертания древнегреческих или скандинавских богов и перебрасывались молниями. Неожиданно налетевший ветер сбивал с ног удирающую нечисть. Грохот грома почему-то напоминал мерный перестук вагонных колес. Прямо у моих ног разверзлась глубокая трещина, но, прежде чем я туда свалился, сверху обрушилась веревочная лестница, больно стукнув меня по голове. Где-то высоко на маленьком балкончике мне махали руками Анцифер и Фармазон. Зажмурив глаза, я отважно полез наверх. Природный катаклизм кончился в ту же минуту, как меня, пыхтя, перетащили через перила.
- Пойдемте в дом, Сереженька. Хозяев сейчас нет, так уж мы сами. Фармазон, поищи одежду!
- Циля, не гони лошадей. Пусть лучше сразу в ванную сходит, я уже и душ пустил. Давай в темпе, Серега, пока я кофе с коньяком готовлю.
На этот раз близнецы действовали так ловко и слаженно, что не возникало ни малейшего желания им противоречить. Я даже как-то совершенно не обратил внимания на обстановку квартиры, в которую меня затащили, а следовало бы...
Ванная комната не отличалась ничем особенным. На полочках разноцветные шампуни, душистое мыло, прозрачные баночки с ароматическими солями, на крючках свежие полотенца, чистота вокруг умопомрачающая, вся сантехника блестит так, что глазам больно. Я попробовал теплую воду и влез под душ. Из напряженного тела постепенно выходила усталость, успокаивались нервы, гасло раздражение. Все становилось на свои места. Я просто млел от тихого человеческого счастья. Протянув руку, взял ближайшую бутылочку и от души намылился. Шампунь оказался очень пенистым, пах фиалками и невероятно бодрил. Именно бодрил: по всему телу разлилась упоительно-здоровая легкость, словно кровь в моих жилах заменили на игривое шампанское...
Когда наконец я, распаренный и отдохнувший, завернувшись по пояс полотенцем, вышел из ванной, Анцифер и Фармазон ждали меня в гостиной комнате. Ангел держал в руках новый белый балахон, а черт - большой поднос, сервированный на три персоны. Повернувшись в мою сторону, они замерли с открытыми ртами.
- Что-нибудь не так? - широко улыбнулся я.
Так и не ответив ни слова, близнецы рухнули в обморок...

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17

 

 

 
© 2008 "Мир чёрной магии" все права защищены
При использовании материалов сайта, активная ссылка на сайт обязательна!
                   
 
Rambler's Top100